БиографияВосьмитысячники
 
 
Эверест 8848 м
08.05.1999, по Северо-восточному гребню через северное седло, Украинская национальная экспедиция
"Сначала восхождение складывалось удачно, полные сил и энергии мы рвались к вершине, никто не мог и подумать, что все может так резко измениться … "

Состав экспедиции:
1. Валентин Симоненко, МС, руководитель экспедиции;
2. Мстислав Горбенко, ЗМС, зам. руководителя, гл. тренер, г. Одесса;
3. Владимир Лебеденко, врач, канд. мед. наук, г. Одесса;
4. Сергей Бершов, ЗМС, г. Харьков;
5. Владимир Горбач, МСМК, г. Киев;
6. Николай Горюнов, КМС, г. Киев;
7. Сергей Ковалев, МСМК, г. Донецк;
8. Роман Коваль, КМС, г. Одесса;
9. Василий Копытко, КМС, г. Одесса;
10. Вадим Леонтьев, МС, г. Одесса;
11. Игорь Свергун, МСМК, г. Харьков;
12. Владислав Терзыул, КМС, г. Одесса.

Горбенко М.М., ЗМС, г.Одесса (по материалам Информационного бюллетеня ФАиС Украины) :

«…В базовом лагере у ледника Ронгбук мы оказались вторыми. За день до нас сюда прибыла большая американская экспедиция.
31 марта в прекрасную погоду на фоне Эвереста затрепетал на ветру государственный флаг Украины, который подняли Валентин Симоненко и самый молодой участник экспедиции Николай Горюнов.
Началась многодневная осада Эвереста, акклиматизация и обработка маршрута по северо-восточному гребню. Мы взаимодействовали с американскими альпинистами, хотя все промежуточные лагеря устанавливали первыми. В этом не было никакого соревновательного элемента, мы выполняли свой тактический план, а они, кроме штурма Эвереста, готовились к поиску пропавшего без вести 75 лет назад одного из первопроходцев Эвереста, английского альпиниста Меллори который, как вы знаете, и был найден.
Установка промежуточных лагерей, в которую входила установка палаток, заброска продуктов, веревок, крючьев, горелок, газа и т.п. прошла по следующему временному графику:
4 апреля – АВС (передовой базовый лагерь) 6350 м
7 апреля – Л4 (Северное седло) 7050 м
18 апреля – Л5 7800 м
27 апреля – Л6 (штурмовой лагерь) 8300 м


Международный лагерь, Северное седло.

На первый выход группы вышли в следующих составах:
I группа - Ковалев С. - руководитель, Копытко В., Свергун И.
II группа - Леонтьев В. - руководитель, Горбач В., Коваль Р.
III группа - Терзыул В. - руководитель, Бершов С.- координатор, Горюнов Н.
В дальнейшем в составах троек произошли изменения. После первого выхода простудился и был переведен в третью группу И. Свергун (чтобы иметь дополнительно три дня для лечения), а первую группу пополнил В. Терзыул. С. Бершов стал совмещать две нагрузки – координатора и руководителя третьей группы. На третьем выходе приболел С. Ковалев, и решением тренерского совета его перевели во вторую группу, а В. Горбача включили в состав первой группы. Для суровых условий Эвереста все эти мелкие "болячки" были в пределах допустимого, и врачу Владимиру Лебеденко быстро удалось восстановить и допустить всех участников экспедиции к штурму Эвереста. Этому, конечно, содействовало сооружение "зодчим" Владиславом Терзыулом оздоровительно-восстановительного центра, попросту говоря бани с парилкой в палатке. Баня была нашей гордостью и отдушиной, где бы¬стро снималась усталость, поднималось настроение. И все это на высоте 5150 м! Американцы, бельгийцы, болгары, россияне, грузины и китайцы приходили к нам в гости и просились попариться.

Итак, перед решающим, четвертым, выходом на вершину все участники имели хорошую акклиматизацию – 2 ночевки на высоте 7800 м, все побывали свыше 8000 м. Лишь двое – С. Ковалев и С. Бершов – во время заброски в штурмовой лагерь высоты 8300 м не достигли. Все участники экспедиции главным тренером и врачом были допущены к штурму Эвереста. Каждый альпинист имел свой шанс достигнуть вершины.
Погода в этом сезоне была удивительно стабильной и сравнительно теплой. Тактический план подготовки и штурма был выполнен на 100 процентов и, казалось, все было сделано для успешного восхождения на гору. Небольшие снегопады, минус 10 градусов в палатке, редкие пыльные бури – не в счет. Приглашенные нами лама и монах из высокогорного монастыря Ронгбук молились и просили Джомолунгму, так называется в Тибете Эверест, допустить к себе украинскую команду альпинистов.


Маршрут с Северного седла.

4 мая в 9 утра на подход к Эвересту вышла первая группа восходителей: В. Терзыул - руководитель, В. Копытко и В. Горбач. Каждый день группа четко поднималась из одного лагеря в другой и 8 мая, в 4 утра, вы¬шла на штурм вершины из штурмового лагеря. В этот же день группа Вадима Леонтьева поднялась на высоту 7800 м, а группа Сергея Бершова - на высоту 7050 м.
В восемь утра "Украина-1" (позывные первой группы) была в районе первой ступени (8600 м), в 11 часов в подзорную трубу было видно, как все трое прошли вторую ступень (8700 м). В 12 часов, когда ребята пересекли снежный предвершинный склон, установили прямую связь с Киевом, с руководителем экспеди¬ции Валентином Симоненко.
В 14 часов 7 минут вершины достиг Владислав Терзыул. Спустя 4 минуты к нему присоединился Василий Копытко.


Василий Копытко на вершине Эвереста, фото В.Терзыула.

Они описали подробно, что видят стык трех гребней и что выше идти некуда, развернули на высочайшей вершине мира украинский флаг и снялись на видеокамеру. Это было непросто, погода стала портиться, но ребята все же до 15.00 ожидали прихода Горбача. Так и не дождавшись Володю (он не выходил на радиосвязь – в группе имелись 2 радиостанции типа "Моторола"), стали спускаться.
В 15.15 они наткнулись на Горбача, который сидел на предвершинном гребне. Василий сообщил по радиосвязи, что группа разрешила Володе подъем на вершину, до которой было рукой подать. Сами же решили подождать его чуть ниже, где не так дует ветер. Я спросил о состоянии Горбача, Вася ответил, мол, удовлетворительное: "Погода портится, но идти можно. 40 минут хода туда и обратно потихонечку, следы хорошие, видимость нормальная". Горбачу установили контрольное время 35 минут, то есть до 16.00. В 16.00 он должен был начать спуск с вершины. В 16.11 Горбач наконец вышел на связь. Я попросил его срочно спускаться вниз. Копытко и Терзыул получили указание ждать Горбача. Они навесили три перильные веревки для ускорения его спуска. В 17.25 Василий все-таки дождался Володю, и они начали спуск. У него подмороженным оказался нос, он был заторможенный и вялый, но мог двигаться самостоятельно. Я предложил Василию сделать Горбачу соответствующий укол, но Копытко считал, что пока не надо. Лебеденко дал консультацию для Горбача. Терзыул шел впереди, вырывая веревки из-под снега. Радиостанцию Владислав оставил Василию для поддержания связи с Горбачем, поэтому он мог только визуально наблюдать за спуском Василия и Владимира. В течение двух часов Василий выходил на связь, и мы с ним корректировали путь спуска.
В 20.15 на связь вышел Горбач и сообщил, что плохо себя чувствует, не видит Василия, а уже начинает темнеть. Предлагаю ему постоянно двигаться, не теряя высоты. "Вариантов нет, надо бороться за жизнь!" – ответил Володя. Последняя связь была в 21.00. Володя сообщил, что в районе первой ступени встретился с Василием и увидел долгожданные перила. На этом связь оборвалась. Здесь Терзыул потерял их из видимости и стал ожидать ребят на перилах, ведущих к палатке. Через 30 минут Владислав начал поиски пропавших выше перил, но через час решил, что ребята прошли низом, и начал спус¬каться к палатке. Там никого не оказалось...
База вызывала "Украину-1" до часа ночи каждые 15 мин. 22.40. Начался снегопад. Прошу "Украину-2" и "Украину-3" быть готовыми к выходу на 8600, если "Украина-1" не выйдет на связь. В 3 часа ночи 9 мая даю команду на выход в 5 утра связкам Ковалев – Леонтьев с высо¬ты 7800 и Свергун – Горюнов с 7050. Ковалю и Бершову, которые неважно себя чувствовали, - оставаться в палатках. В 4.30 утра прекратил валить снег и над базовым лагерем появились звезды и луна. Контур Эвереста в густой облачности едва угадывался.
В 5.45 я разжег огонь в ступе – мне оставалось только молиться, что¬бы ребята остались живыми.
В 7.30 услышал (тогда я подумал, что это мне померещилось) короткое радиосообщение: "База, я Горбач". И все. В 8 утра в подзорную трубу я увидел человека в районе 8400 м. Он поднимался?! Как сообщил позже Сергей Ковалев, первым поднявшимся в 9.43 в Л6 на 8300, был Терзыул! В 11.30 Ковалев встретился со спускавшимся по перилам Терзыулом, который поднялся на 8500 и занес туда кислородный баллон, редуктор и маску, но никого не увидел. Сам Терзыул и в этой ситуации не воспользовался кислородом – берег его для ребят. Он был смертельно уставший, потерял голос, но мог передвигаться и самостоятельно начал спуск в Л5 навстречу Свергуну и Горюнову. Роман Коваль вышел наверх к Владиславу и встретил Терзыула на 8000 м.
В 15.00 Сергей Ковалев закончил свой стремительный подъем на 8600 м, где нашел сидящего ослепшего Горбача, который обратился к нему на английском языке "I am Ukrainian climber, Everest climber …". Четыре часа Сергей в одиночку стаскивал Володю, пока к ним не поднялись Игорь Свергун и Николай Горюнов. Николай сообщил, что Горбач совсем плох: нос, руки и ноги обморожены, двигаться самостоятельно не может. После 10 часов тяжелейшего спуска они достигли палатки на высоте 8300 м.
Так, по иронии судьбы, Ковалев, которого Горбач заменил в первой группе, первым нашел Володю и спас ему жизнь. Это был первый этап борьбы за жизнь Володи. На этой высоте в разные годы навечно остались около двадцати альпинистов, которые не смогли или товарищи им не помогли покинуть зону смерти.

Поиски Василия Копытко, кото¬рые проводил Леонтьев, не дали результата. Не увидели его следов и другие участники поисковой группы. По радиосвязи попросил Бершова договориться с шерпами на Северном Седле о дальнейшей транспортировке с 8000 до АВС (6350 м), так как Леонтьев и Ковалев остались на 8300 для поисков Василия, а Горюнова и Свергуна могло хватить только на несколько часов спуска Горбача с 8300 м.
Володя Лебеденко, который вместе с американскими альпинистами развернул в АВС настоящий лазарет для лечения Горбача, сообщил, что по инициативе Рассела Брайса, руководителя международной экспедиции, и Эрика Сименсона, руководителя американской экспедиции, создан добровольный отряд альпи¬нистов-спасателей высокого класса, американцев и итальянцев, кото¬рые выйдут наверх, чтобы быстро и безопасно спустить пострадавшего по крутым ледовым стенам Северного Седла. Большую помощь в организации спуска оказали также Вячеслав Скрипко (Россия), Борис Димитров (Болгария), Сильвио (Италия), Фабрицио, Джек Нортон, Тэд Ричардс, Конрад Анкер и Энди Политц (США).

10 мая после консультаций с врачом экспедиции и оказания первой медицинской помощи Володя Горбач ожил, говорил со мной по рации. У меня к нему был только один вопрос: "Где Василий?".
Горбач: "С Васей расстался в том месте, где меня нашел Ковалев, он ушел на гребень с фонарем искать перила... Спасибо ребятам, я бы еще одну ночь не выдержал".
В 12 дня Горбач попытался идти своим ходом при поддержке Свергуна и Горюнова. К сожалению, шерпы нас подвели, они вышли и делали грузовую ходку, т.е. несли грузы на 8300 м, поэтому в районе 8000 м появились только около 17 вечера! Мало того, они сразу отказались помочь в транс¬портировке. И только под давлением Рассела, непальского сирдара, и моих обещаний выплатить им 800 долларов согласились транспортировать Горбача на Северное Седло.
На 7800 Свергуна и Горюнова сменили Терзыул и Коваль.


Встреча В.Терзыула с С.Бершовым на спуске.

В полночь Горбач был доставлен на Седло и далее спасателями к 5 утра в АВС, где ему Владимир Лебеденко оказал квалифицированную медицинскую помощь. Надо было не дать развиться отеку легких, провести противошоковые мероприятия. Впервые в нашей экспедиции использовалась переносная барокамера, в которой больной за считанные минуты "опускался" с высоты 6400 до 3000 метров.
В этот день, когда Горбач находился на грани жизни и смерти (давление 60/10), Ковалев и Леонтьев продолжили обследование снежного склона под первой ступенью в поисках Василия Копытко. Я предложил Бершову и Ковалю подняться на 8300 м на смену ребятам, но понял, что состояние их здоровья не позволит это сделать, и попросил Сергея и Рому начать ликвидацию промежуточных лагерей.
По радиосвязи в 8 и 12 часов с поисковой группой мне стало ясно, что им уже пора терять высоту. Ребята "поплыли", высота вывела их из отличной спортивной формы. Они должны были спуститься в лагерь на 7800 и продолжить визуальное наблюдение за северо-восточными склонами Эвереста. На 8300 осталась наша штурмовая палатка, хотя надежды на спасение Василия после трех дней поисков стали ничтожными.
Через день, 12 мая, когда самочувствие Горбача немного улучшилось и врач Лебеденко дал добро на спуск, его на плечах девяти портеров и шерпов в сопровождении двух врачей быстро доставили в базовый лагерь. В 5 утра он и Роман Коваль уехали на джипе в Джангму, пересекли границу Китая и Непала, где их ожидала вызванная по спутниковому телефону легковая автомашина, доставившая пострадавшего в госпиталь Катманду.
14 мая Лебеденко и я вышли к подножию северной стены Эвереста для продолжения поиска Василия. Погода не дала нам провести наблю¬дение, но мы промаркировали путь турами по леднику Главный Ронгбук. Нас сменили Терзыул и Ковалев, которые в хорошую погоду с помощью подзорной трубы смогли обследовать район, но никого не обнаружили. 17 мая все спустились в ба¬зовый лагерь, промежуточные лагеря были сняты и принято решение о прекращении поисковых операций и завершении экспедиции…»